Извлекая из слова разъясняющий его смысл, как это принято в эзотеризме, мы приходим к Традиции: действительно, она предусматривает существование общего примитивного языка, символически определяемого как "язык птиц". Этот язык понимал Соломон и начал понимать германский герой Зигфрид, когда он поднес к губам кровь побежденного им дракона. Но Фулканелли прибегает также и к другим ассоциациям, связывая арго с кораблем, на котором аргонавты отправились за золотым руном. Ягненок - символ невинности, золото - знак наивысшей духовности и прославления.

Следовательно, "то, что искали аргонавты, было высшей силой духа, чтобы достичь чистоты души, то есть духовного дара сэра Галахада, средневекового рыцаря святого Грааля" (Хуан Сирло. Словарь символов. Барселона, 1985). Фулканелли, не колеблясь, сравнивает подвиг Ясона с Деланием средневековых франкмасонов, строителей арготических шедевров. То, что для непосвященных кажется игрой слов, на самом деле несет в себе ассоциативные связи между идеями, которые можно извлечь из "феномена" соборов.

Этимология, прослеживаемая Фулканелли применительно к art gotic/ue (готическому искусству), составляет отдельную главу, типично французскую и сконцентрированную во времени. В ней нет ни преемственности, ни почтения к романскому искусству, ни связи с последующими проявлениями религиозной архитектуры в других странах Европы, например с так называемой пламенеющей готикой.

По этому поводу стоит процитировать показательное замечание М. Гэнгана в книге Таинственные соборы (Париж, 1978): "Слово "пламенеющая" имеет трагический резонанс, когда думаешь, что отказ от стрельчатой арки совпадет с кострами 1314 г. (казнь последнего Мастера и четырех важнейших представителей Ордена тамплиеров) и что англичане, после того как они предприняли попытку в национальном стиле, возведут на костер еще одну святую, также под именем "Арк"".