Символическое изображение лабиринта во многих готических соборах интерпретировалось по-разному. Сегодня можно восстановить возможное "альтернативное" значение, связав символ не с путником, а с архитектором, который спроектировал лабиринт: "Если бредущий в лабиринте путник испытывает чувство бесконечности, то архитектор знает, что он конечен. Изобретательность архитектора уравновесила эффект обманчивости и обольщения в запутанности, в ответвлениях, в поворотах и возвращениях.

Путник поглощен своим поиском, и в его сознании овладевшая им растерянность должна рассеяться благодаря более глубокому исследованию" (77. Розенштылъ. Статья Лабиринт. Энциклопедия, Эйнауди. Турин, 1979). В критском мифе путник предстает в образе афинского героя Тесея, а архитектор - в образе Дедала. Дедалу (этимологически имя содержит ссылку на художественную обработку материала и на передачу знаний, полученных при практической работе над ним) и его афинскому ученику Талосу мифологическая традиция приписывала изобретение основных строительных инструментов, например свинцовой проволоки или пилы.

Поэтому Дедал считался "покровителем" художников и ремесленников, но в данном случае не существует преемственности от языческой к христианской традиции, как произошло со многими другими божествами или подобными им персонажами из классической мифологии. Как известно, после постройки лабиринта, предназначенного для Минотавра (его заключение имеет то же тематическое значение, что и "пронзенный копьем дракон"), Дедал подсказал Ариадне, как помочь Тесею найти обратную дорогу при помощи клубка ниток.