Если все аспекты жизни взаимосвязаны и зависят от Бога, то растительный мир, где циклы рождение-смерть-возрождение непосредственно наблюдаются при смене времен года, не мог не стать объектом особого внимания со стороны скульпторов, призванных отобразить связь между Землей и Небом в сложной и символической иконографии соборов.

Тема растительности, однако, трактуется в различной форме в религиозных зданиях романского и готического стилей; кроме того, не надо недооценивать тот факт, что в обоих случаях на профессиональную подготовку камнерезов более или менее глубокое влияние оказывала обусловленность традиции, часто вынуждая их использовать изображение растительности на грани абстракции: фризы с розетками, листья аканта, виноградная лоза, пальмовые ветви...

И эти элементы, как и в случае с "чудовищными" формами животных, непривычными и фантастическими, взаимно переплетались и сливались, очевидно, с тем же намерением рассказать о "рождении Бытия". Кроме того, они не теряли связи с традиционным символическим значением: роза напоминала о совершенстве, акант, растение по определению пышно цветущее и живучее, говорило о том, что "развитие" духовного мира не лишено "шипов"; виноградная лоза символизировала евхаристию (жертву и воскресение); пальма считалась классическим символом плодородия.

Рассмотрим, как при воспроизведении, в частности, растительного мира в христианстве изменялся способ выражения древнейшей языческой традиции. Согласно этой традиции, богом растительности был египетский бог Осирис. Показательно, что этот бог изображался с лицом зеленого цвета; легенда рассказывает о том, что он научил людей подвязывать виноградную лозу к стволам тростника, подрезать листву и извлекать виноградное сусло.